Насибулин. Пушкин и пегас

От составителей книги «Бывают странные сближения»

размещено в: Публикации, Статьи | 0

От составителей

«БЫВАЮТ СТРАННЫЕ СБЛИЖЕНИЯ…»

— эта пушкинская фраза взята из черновых заметок о поэме «Граф Нулин», написанных в 1830 году в Болдино. А. С. Пушкин писал: «Я имею привычку на моих бумагах выставлять год и число. «Граф Нулин» написан 13 и 14 декабря, в тот самый момент, когда в Петербурге на Сенатской площади выступили декабристы». Известна история о том, как Пушкин совсем было собрался из Михайловского в Петербург накануне декабрьского восстания, но повернул обратно, потому что ему перебежал дорогу заяц. А еще Пушкину повстречался на пути монах. На обе приметы существует поверье: пути не будет.

Некоторых исследователей занимает больше тот факт, что, повернув обратно, поэт, что называется, в один присест написал «Графа Нулина». Сам Пушкин неоднократно рассказывал эту историю разным лицам, и М. П. Погодин приводит слова поэта так: «А вот каковы были бы последствия моей поездки. Я рассчитывал приехать в Петербург поздно вечером, чтобы не огласился слишком скоро мой приезд, и, следовательно, попал бы к Рылееву прямо на совещание 13 декабря. Меня приняли бы с восторгом, вероятно, я /…/ попал бы с прочими на Сенатскую площадь и не сидел бы теперь с вами, мои милые!»
Что же занимает нас в этой истории? Заяц, оставшись в канве поэмы «Граф Нулин», в заметке Пушкина не упомянут, но есть фраза о «странных сближениях». О суевериях Пушкина, особенно в первую половину его жизни, ходило много анекдотов. Между тем чуткость Пушкина к приметам – не просто суеверие. А. Битов в своей статье о Пушкине писал: «В поэте проглядывает историк, в историке – поэт, осознающий свое предназначение, обостряя в себе некое шестое чувство /Предначертанность/».
Конечно, Пушкину до конца его жизни не давало покоя то обстоятельство, что он не разделил судьбу своих друзей декабристов. Его никогда не покидала мысль, что он мог быть на площади… Закладывая повозку 13 декабря, он знает о волнениях, но не ведает о выступлении 14 декабря! Так что же, заяц помешал ему? Насколько тут суеверия? Насколько это собственный пушкинский выбор? А может, и вовсе не случайно, а по величайшему Промыслу /Предначертанности/?
«Граф Нулин» завершен в 2 часа ночи, с 13 на 14 декабря 1825 года. Но у Пушкина в черновике небольшой, по сути, заметки к поэме – правка чрезмерная: 13, 14 декабря вписывается и зачеркивается; «сближения быв/ают/» – «сближения случаются» – «быть могут странные сближения». Варианты, варианты…
Н. М. Карамзин писал: «История народа принадлежит царю, декабристы – народу, а Пушкин – поэту, по поэту принадлежит и вся действительность. Поэт и должен распределить: кесарю – кесарево, Богу – Богово, а народ есть глас Божий». Все предопределено свыше. Сближения имен, событий, дат в жизни А. С. Пушкина – это действительно большей частью «странные сближения». Сам поэт называл эти «случайности» волею Провидения.

 

* * *
БЫВАЛ ЛИ ПУШКИН В РИГЕ
«Сближение» имени великого поэта с Латвией, Эстонией, Литвой – насколько оно правомерно? Многие скептики утверждают, что никогда Пушкину, вопреки его желаниям, не удавалось побывать ни в Дерпте, ни в Вильне, ни в Риге… Хотя еще в годы Первой Латвийской республики в популярном тогда журнале «Атпута» появились предположения, что Пушкин мог бывать в Латвии.
Простые, казалось бы, факты биографии поэта приоткрывают все новые грани его жизни. Узнав в августе 1825 г. о том, что бывший товарищ его по Царскосельскому лицею Александр Горчаков, тогда начинающий дипломат, на пути из Парижа в Петербург гостит в Лямоново у своего дядюшки, местного предводителя дворянства А. Н. Пещурова, Пушкин отправился в гости. При этом надо отметить, что имение Михайловское, где жил тогда опальный поэт, находилось всего в 60 (!) верстах /по нынешним временам всего в часе езды/ от Лифляндского рубежа. Целый день провел Пушкин в имении Лямоново, расположенном на берегу небольшой речки Лудзы…
Не раз высказывались предположения о том, что Александр Сергеевич Пушкин, дабы объехать огромное болото в тех местах, сделал круг и… проехал по нынешней латвийской земле. «Почему бы так не считать, раз хочется. Ведь хочется…» – так, совсем «не академически», высказался в газетном интервью президент Академии наук Латвии Янис Страдыньш.
В книге «Латвия в судьбе русских писателей» ее авторы Б. Инфантьев и А. Лосев тоже рассматривали факт возможного и мимолетного пребывания Пушкина в Латвии: «Многие часы провел он с лицейским товарищем Александром Горчаковым, бродил по старым проселкам, по мельничной плотине, которая перекрывала мелководную речку Лжа. На другом ее берегу узкой полосой тянулись поемные луга люцинской деревни Голышево. Стоило Пушкину перейти плотину или переплыть речку – и он оказывался в пределах нынешней Латгалии…» А жители самого города Лудзы даже не сомневаются в том, что Пушкин переходил эту плотину и, быть может, не раз. От себя добавим: с пушкинским-то характером? – конечно, он сделал те несколько шагов, чтобы единственный раз в жизни оказаться «за границей».
Но даже если и не бывал великий русский поэт в Латвии, с нею его соединяли родственные, дружеские, литературные связи. Вот лишь краткий перечень «сближений» Пушкина с Прибалтийским краем.
* Прадед А. С. Пушкина Абрам Ганнибал был крещен в Вильне Петром Первым, а годы спустя долго жил в Ревеле, там же родились его одиннадцать детей. Дед Пушкина О. А. Ганнибал родом из Ревеля.
Сохранился Комендантский дом на Вышгороде Таллина (ул. Тоомпеа, 1), в нем в 1744 году родился дед Пушкина Осип Абрамович Ганнибал;
* к знаменитому роду лифляндских баронов принадлежала бабушка /по материнской линии/ Наталии Николаевны Гончаровой, жены поэта;
* в Лифляндии учились, служили, бывали духовные наставники Пушкина – Жуковский, Крылов, Карамзин, Державин, Батюшков;
* каждый 5-й лицеист пушкинского выпуска своим происхождением, корнями был связан с Остзейским краем;
* в Риге жила Анна Керн, которой посвящены были классические теперь строки – «Я помню чудное мгновенье…»;
* прибалтами были друзья Пушкина Владимир Даль и Вильгельм Шольц, оказывавшие ему врачебную помощь в последние часы жизни;
* служили в Прибалтике, были здесь узниками декабристы – друзья поэта;
* художники-прибалты оставили нам прижизненную галерею портретов Пушкина;
* родом из Лифляндии были и недруги поэта – Л. В. Дубельт и А. Х. Бенкендорф;
* в поэзии, прозе, переводах писателей Прибалтики запечатлен образ А. С. Пушкина.
Словом, если и не был Александр Сергеевич Пушкин в Прибалтике никогда, то он «побывал здесь» многими своими стихами.

«Буян задумчивый и важный,
Хирург, юрист, физиолог,
Идеолог и филолог,
Короче вам – студент присяжный,
С витою трубкою в зубах,
В плаще, с дубиной и в усах
Явился в Риге…»
/А. С. Пушкин, «Череп Дельвига»./

 

НЕИЗРЕЧЕННЫЙ СВЕТ

«…прими мои дары,
Они не суетны, но честны и добры,
И будешь ими ты делиться с небесами:
Я одарю тебя молитвами души…»

/А. С. Пушкин, «Анджело»./

Промыслительно объединяет Господь народы через своих избранников. Пророки и апостолы, несшие свет Слова Божия людям, мученики и исповедники, за веру Спасения пострадавшие, праведники и царствовавшие Богопомазанники, исполнявшие духовное попечение о народе, защитники и патриоты Отечества… Трудами и подвигами многих подвижников на протяжении столетий созидалась на Русской земле соборная церковь Христова. Разноязыкие племена освящались и объединялись в единый православный народ.
Инстинкт народного самосохранения отзывался не столько на опасность физической гибели, сколько на угрозу духовного разора Отечества. Небывалое единение происходило в народе перед лицом очередной антихристовой напасти. Мощь всеобщего русского противостояния всегда являла себя для брани духовной.
Первые тома «Истории Государства Российского» Н. М. Карамзина, вышедшие после победы в войне 1812 года, в начале 1818 г., имели огромное влияние на русское общество. В предисловии к первому тому Карамзин писал: «История в некотором смысле есть священная книга народов: главная, необходимая; зерцало их бытия и деятельности; скрижаль открытий и правил; завет предков к потомству; дополнение, изъяснение настоящего и пример будущего. /…/ Она питает нравственное чувство и праведным судом своим располагает душу к справедливости, которая утверждает наше благо и согласие общества». «Историю русскую должно будет преподавать по Карамзину, – писал А. С. Пушкин. – История Государства Российского есть не только произведение великого писателя, но и подвиг честного человека».
Мнение о несплоченности сегодняшних русских, даже их равнодушии друг к другу, вовсе не противоречит вышесказанному. Ветхозаветные «око за око» и «зуб за зуб» живы и поныне в сферах, где объединяются «по группам крови». Зов крови действительно в русском человеке не столь уж силен, уступает иному зову, зову души. А зов совести, служения не терпит суеты, поэтому и неразличим он в политико-тусовочной жизни. Вечные звезды Веры, Надежды и Любви намного ярче светят в совсем иные временные дали – прошлого и грядущего. Всего и надо – вглядеться, вспомнить, поверить.

А. С. Пушкин писал: «Величайший духовный и политический переворот нашей планеты есть Христианство! В сей-то священной стихии исчез и обновился мир… История новейшая есть история Христианства».
Открытие нашего современника Андрея Андреевича Черкашина стало еще одним реальным подтверждением тому, что мы объединены особым, Промыслительным, родством. Многолетние исследования и работа в архивах, в частности в уникальной библиотеке Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря, позволили А. А. Черкашину установить факт, буквально ошеломивший историков и пушкинистов. Составив полную родословную Пушкина, Черкашин доказал, что великий русский поэт – прямой потомок двенадцати (!) православных русских святых. Всего же среди предков поэта – более сорока святых, чтимых Русской Православной Церковью.
Александр Сергеевич Пушкин – прямой потомок равноапостольной княгини Ольги, равноапостольного князя Владимира, крестившего Русь, святого великого князя Владимира Мономаха, святых Петра и Февронии. Особо чтимым в роду Пушкиных был их предок святой благоверный князь Александр Невский.
Киевская Русь, земли Владимирская, Муромская, Тверская, Ростовская, Черниговская, Новгородская – словно приуготавливались Пушкину его святыми предками. Их трудами и подвигами были завещаны гениальному потомку для дальнейшего духовного попечения. Подумать только, сколько земель, народов объединили в православном родстве предки поэта – почти всю европейскую часть пушкинской России. И православную Грузию, столь пленительно воспетую и любимую поэтом. Святая благоверная царица Грузии Тамара Великая тоже была в родстве с предками Пушкина, через мужа своего – сына святого благоверного князя Андрея Боголюбского.

Полная родословная А. С. Пушкина подтверждает неразрывную связь его предков с историей России, рассказывает о их верном служении и духовном избранничестве. Невидимое родство носителей русской святости в очередной раз явлено людям как благодатное откровение. А мы вслед за Пушкиным вновь и вновь повторяем: «Бывают странные сближения…».

Атеистическое пушкиноведение было не в силах обойти духовные исповеди и прозрения Пушкина-христианина, признавая при этом сверхлитературность его дара. Пафос служения, особенно усилившийся в последние годы жизни поэта, называли гражданским. Уйдя из этого мира в иной, Пушкин оставил нам великую Тайну о себе, он заставил после себя говорить Молчание, слово его преобразилось в свет.

«Нет, весь я не умру – душа в заветной лире
Мой прах переживет и тленья убежит…»

И последние свои слова Александр Сергеевич Пушкин произнес, словно обращаясь ко всем нам: «Пойдем, да выше, выше…» Удивительно! Ведь родился поэт в день Вознесения Господня.

Наталия ВРУБЕЛЬ
Светлана Видякина
«Бывают странные сближения», Рига, 1999г.

Глава из книги «Бывают странные сближения»

Насибулин. Пушкин и пегас
Насибулин. Пушкин и пегас

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.